— Любочка, солнце мое, — обратился он к женщине. — Помнится, вчера вы говорили о сервисе. Могу попросить нарезанный лимон с сахаром, две чашки черного кофе и два пустых стакана?

— Конечно же, — Любаша немедленно одарила его широкой улыбкой, не менее фальшивой, чем у официантки. — Через пять минут все будет готово.

Вернувшись в купе, Бережной нашел своего гостя сидящим у окна и безучастным взглядом следящим за мелькавшим пейзажем.

— Сейчас все устроим в лучшем виде, — пообещал Юрий Сергеевич, снимая с верхней полки чемодан. Щелкнув замками, приподнял крышку и среди различных вещей, необходимых во время путешествия, быстро отыскал продолговатый картонный футляр с изображением бутылки французского коньяка.

Искоса взглянул на гостя — Денис по-прежнему с отсутствующим видом таращился в окно.

Не оборачиваясь, Бережной левой рукой поставил на стол коньяк, одновременно из кармашка на крышке чемодана извлекая портативный сверхчувствительный диктофон фирмы «Сони». Нажал клавишу записи и сунул в карман.

Проводница Любаша появилась в купе, как и обещала, через несколько минут, держа перед собой поднос. Быстро расставив на столике блюдце с лимоном, обильно посыпанным кристалликами сахара, две средних размеров чашки, над которыми поднимался ароматный дымок, и пару стаканов в металлических подстаканниках, проводница метнулась обратно в коридор, не забыв при этом вежливо добавить: «Если еще что понадобится, я у себя».

— Ну, Денис, давай, что ли, под кофеек? — предложил Бережной, скручивая золотистую пробку с длинношеей бутылки зеленого стекла.

— Давайте, — без особого воодушевления согласился морпех.

Коньяк оказался терпким и непривычно ароматизированным, больше напоминая парфюм, нежели алкогольный напиток. Впрочем, в сочетании с подслащенным лимоном и крепким кофе ароматные добавки улетучивались, оставляя во рту неповторимый букет.

Разговор двух новых знакомых был, что называется, ни о чем. Говорили о женщинах, вспоминали забавные случаи из жизни, перебивая друг друга. Когда бутылка была уже наполовину опорожнена, Денис неожиданно трезвым голосом произнес: